Человек человеку - пруд.

Человек человеку - пруд.
Отвести ты не в силах глаз:
В отражении строгий суд,
А на дне в глубине алмаз.

 Ты ловил на живца плотву
Без надежды, порой, на клев,
Ты косил с берегов траву
И не тратил излишних слов.

 Ты бросал в него ерунду
И считал на воде круги,
Клялся: "больше я не приду"
И входил на заре нагим.

 Ты кричал и осколки фраз
Возвращала тебе вода.
Но однажды в последний раз
Ты не вынырнешь из пруда.

В стране несбыточных мечтаний

 В стране несбыточных мечтаний
 Ты ждешь меня опять как встарь
 И нет, как прежде, расстояний,
 И на дворе всегда февраль.
 Там день сурка гостит и правит,
 Течет всегда одна река,
 И ни запретов нет, ни правил,
 Но все застыло на века.

Еще раз

Еще раз хочется влюбиться
 В тебя же, будто в первый раз.
 Чтоб сердце торопилось биться
 С тобою встретиться стремясь,

 Войти еще раз в туже реку:
 Озноб,мурашки, радость, страх...
 Но Гераклит схохмил для смеху,
 Пустых надежд пророча крах

Я тебя не отпускаю

Я тебя не отпускаю,
Я тебя не подпускаю,
Я везде с собой таскаю
Твой по-волчьи цепкий взгляд.

Я под ним искрю и таю.
Ты в своей несешься стае-
Независим и брутален,
Но, как будто, ты мне рад.

Консервация или размножение?

Инстинкт сохранения рода и жизни
Пихает нас в спину и тянет магнитом
И мечемся: или уйти не убитым
Иль род продолжать невзирая на кризис.

Уйти, сохраниться, укрыться в покое
Нетленку создать, чтоб уж точно навечно
Закуклиться, спрятаться - так человечно
В тиши сублимировать тихо легко ли?

А может другому инстинкту навстречу
Найти сексуальных партнеров ораву
И в блуд на природу, где реки и травы
Отправиться как-нибудь дружно под вечер?

А я никогда не бываю...

А я никогда не бываю твоей
До кончиков пальцев, до стона, до вздоха
Всегда часть меня ожидает подвоха.
Печально? Ну да, раз от раза грустней.

Ведь я никогда не бываю собой
Чтоб здесь и сейчас наслаждаться мгновеньем
Всегда голова занята наблюденьем
Мешая мне быть хоть немного живой

Да,  я никогда не бываю живой...
Как будто нежизнь защищает от смерти,
Но вы этим бредням, прошу вас, не верьте,
 Все рано ли, поздно уйдем на покой

Непроясненность

Непроясненность манит как магнит
Неспешною нелепостью незнанья
Невнятностью неловкого молчанья
Разрядку напряженности сулит

Предчувствием неведомых шагов
Внеплановость сжимает сердце страхом
Возможностью слажать с таким размахом
К которому ты будешь не готов

Как пленки непроявленность фонит
Неначатость-незавершенность встречи.
С утра на день натягивая вечер
Смеется черноглазая Лилит.

"Не беспокоить" выдано в эфир
И невозможно выяснить причину,
Ныряю в напряженности пучину
 С неведомыми правилами игр.

Цветные сны 2

Уткнувшись носом в теплую подушку, 

 На животе, как в детстве, Юля Жук 

 Спит сладким сном, ей снятся не игрушки - 

 Тепло друзей, пожатья сильных рук, 

 Иных миров неведомые дали, 

 Мечи, драконы, волны, паруса... 

 И прочие прекрасные детали... 

 ветра, дожди, улыбки, голоса... 

 Наперегонки с медведем 

Бежим в цирк. Опаздываем. Краем глаза вижу справа какую-то потасовку. Разлетаются тела и из гущи событий выбегает взъерошенный медведь. Бежит перед нами в ту же сторону - весь лохматый, поджарый, мускулистый. На дороге у него стоит конь. Медведь вскакивает на коня задом наперед и тот бежит как может быстро вперед хвостом. Скоро оба, видимо, понимают что так неудобно, разворачиваются и галопом припускают дальше. Около цирка медведь спешивается, берет шляпу-котелок у подоспевшего дрессировщика со злым лицом и оба они заходят в дверь, к которой мы так торопились. Мы замираем у входа - я не хочу туда, я точно знаю что нам туда не надо.

 Переезд

 Свобода же в том, чтоб стать абсолютно голым... 

 и кожа твоя была тебе как броня 

 (с) Вера Полозкова 

 Переезжаем всей семьей не пойми куда. Комендантша общежития открывает дверь в нашу комнату. Практически квадратную с четырьмя койками по стенам. Койки - отдельная песня. Представь себе кучку сучковатых березовых жердей, а на них сверху настил для ватного матраса. Матрасы уже здесь и на моем насыпаны ветром камешки, сухие листья - хорошо, "бычков" нет и сухо. Высоченное окно над моим ложем почему-то без стекла и ветер яростно треплет белую занавеску. Остальные три окна над кроватями тоже огромные и вся комната наполнена светом и ветром. Вся она какая-то нежилая, неуютная, давно безлюдная, свободная от чужих человеческих влияний. А пол - белый песок. Горы белого песка, и, похоже, под ним ничего нет. ДА,- говорю я, - нам подходит.

Геометрическое

окно, треугольник, на форточке пепел
на ветках озябших светящийся иней
я здесь где сквозняк обжигающе-светел
а ты где-то там в неизвестности синей

я здесь отравляю эфир сигаретой
и кажется: ты обо мне не забыла
моею молитвой как чаем согрета
глоток за глотком впоминая что было

да было ли? может быть было не с нами
такими же точно в другом измереньи
и нету тоске никаких оснований
и  жертв ей не нужно и даже прощенья

и кажется нам все пригрезилось разом:
оконный квадрат,  лунный луч, чашка чаю
уже не подвластны незримым приказам
мы в круге которому имя молчанье

Болотные истории. Длинноногий Журавль.

Жил на Большом Болоте Длинноногий Журавль.
Нравилось Журавлю, наклонив голову, разглядывать, как от его длинных ног расходятся по воде круги. Ходил он медленно и осторожно, и круги на воде получались ровные и красивые. Они переплетались между собой и образовывали узоры,  в которых можно было разглядеть листья осоки и цветы кувшинок. Однажды Журавль так увлекся, что задел носом воду. И от носа тоже побежал по воде круг. Сначала Журавль испугался, что рисунок сломается, но потом он увидел, что кроме травы и цветов на поверхности можно разглядеть странные знаки. Пригляделся Журавль, а это буквы. Вот Ж, вот У, Р...
Так он научился писать на воде. Но ведь если кто-то пишет, то кто-то обязательно читает? Ходит Журавль, трогает носом воду, пишет буквы и думает.
Надо написать Ему письмо, думает Журавль. А Он пусть ответит и тогда я пойму кто Он.
Ходит Журавль, клюет носом воду - письмо пишет. Разбегаются круги по воде, расплываются буквы. Но тот, кому письмо, наверняка успел прочитать и все понял.
Тут дождь пошел. Падают капли - разбегаются круги по воде - Журавль ответ читает: Д о р о г о й Журавль, ... а дальше капли застрочили часто-часто, сливаются буквы в одну сплошную пелену. Ничего не может Журавль разобрать. Заканчивается дождь, и видит он как на воде последние буквы исчезают: "до свидания, Ж у р а в л ь".